Материал отчета компании «Metals Focus».
Всемирная ярмарка денег 2026 в Берлине отчетливо показала: настроение на рынке физического золота и серебра заметно изменилось. После периода сдержанности и ожидания участники рынка вновь говорят об осторожном, но вполне ощутимом оптимизме. Спрос на инвестиционные продукты из золота и серебра резко оживился, хотя этот подъем сопровождается и немалой долей тревоги. Высокие цены на металлы, а также нестабильные и подчас резко меняющиеся ставки лизинга серьезно усложняют финансирование операций, а ограничения в аффинажных мощностях, особенно по серебру, замедляют выпуск готовых инвестиционных продуктов.
Неудивительно, что именно ценовая динамика стала главной темой разговоров на ярмарке, проходившей с 29 по 31 января. Экстремальные движения цен на золото и особенно на серебро буквально задавали тон всем встречам и обсуждениям. После заметного оживления спроса в четвертом квартале 2025 года интерес к слиткам и монетам в начале 2026 года не просто сохранился, но и усилился. По словам большинства участников рынка, чистый спрос на физические инвестиционные продукты оказался значительно выше, чем год назад, причем этот рост ощущается практически повсеместно.
Во многом нынешний всплеск интереса со стороны инвесторов связан с изменением ожиданий. Серия исторических максимумов по ценам подпитала страх упустить момент, который особенно ярко проявляется на поздних стадиях ценовых ралли. Существенную роль сыграло и активное внимание СМИ: рост цен на драгоценные металлы стал одной из самых обсуждаемых тем в финансовых новостях. Сначала в центре внимания оказалось золото, особенно после того как в октябре прошлого года цена впервые превысила отметку 4000 долларов за унцию. Однако довольно быстро интерес инвесторов и аналитиков распространился и на серебро. С декабря, по мере ускорения роста цен на «белый металл», спрос на серебряные инвестиционные продукты буквально взлетел, и этот импульс без ослабления перешел в январь 2026 года.
Хотя активность покупателей заметно выросла по обоим металлам, именно серебро в последние недели стало главным героем рынка. Как правило, в большинстве стран инвестиции в физический драгметалл сосредоточены в золоте — на него приходится основная часть оборота, тогда как серебро обычно занимает лишь около 10% совокупного объема продаж в стоимостном выражении. США здесь являются скорее исключением, чем правилом. Однако к концу января ситуация выглядела уже иначе: по оценкам участников рынка, доля серебра в обороте у многих продавцов выросла до 30–50%. Для рынка, привыкшего к доминированию золота, это серьезный сдвиг.
Особенно важно то, что рост спроса на серебро оказался гораздо шире географически, чем в предыдущие периоды. Если раньше активные покупки в основном ограничивались Северной Америкой и Европой, то с декабря к ним активно подключились Восточная Азия и Ближний Восток. Именно там, где интерес к серебру традиционно был довольно сдержанным, спрос — прежде всего на серебряные слитки — вырос особенно заметно. В результате наступили типичные для таких ситуаций последствия: дефицит отдельных продуктов, увеличение сроков поставок и резкий рост премий к биржевым ценам. Многие монетные дворы были вынуждены ввести ограничения на продажи серебряных инвестиционных монет — такого рынок не видел уже несколько лет. На этом фоне ситуация с золотом выглядела более спокойной: в целом предложение оставалось достаточным, за исключением некоторых небольших размеров слитков, по которым также возникали временные перебои.
Еще одна важная особенность текущей фазы рынка — заметное оживление двусторонней торговли. В 2020–2022 годах потоки золота и серебра в западных странах были почти исключительно односторонними: массовые покупки при минимальных объемах обратных продаж. Пандемия коронавируса и украинский кризис не только резко усилили спрос на защитные активы, но и психологически удерживали инвесторов от продажи уже накопленных запасов. Однако сегодня картина выглядит иначе. Рекордно высокие цены, с одной стороны, привлекают новых покупателей, а с другой — побуждают тех, кто инвестировал раньше, фиксировать прибыль. Поэтому значительная часть нового розничного спроса покрывается за счет обратных продаж слитков и монет, что делает рынок более «живым» и сбалансированным.
Основная часть этих продаж приходится на США и Германия, где розничная инвестиционная индустрия развита очень хорошо. Десятилетия устойчивого интереса со стороны частных инвесторов привели к накоплению значительных объемов физического золота и серебра в частных руках. Учитывая, что значительная часть этих запасов была приобретена по существенно более низким ценам, нет ничего удивительного в том, что некоторые инвесторы решили воспользоваться недавним ценовым ралли и зафиксировать прибыль.
Такая активная двусторонняя торговля — с одновременными покупками и обратными продажами — закономерно привела к формированию благоприятной маржинальной среды для дилеров. Некоторые участники рынка даже отмечали, что январь может оказаться самым сильным месяцем за всю историю их бизнеса. При этом многие из них высказывали сдержанную позицию в отношении перспектив на весь 2026 год. В частности, резкий рост объемов выкупа металла у клиентов, наложившийся на рекордные и крайне волатильные цены, привел к заметному увеличению затрат на финансирование. Кроме того, по мере роста цен на драгоценные металлы существенно увеличились и сопутствующие издержки — прежде всего расходы на страхование и логистику.
Помимо финансовых трудностей, дополнительным вызовом для отрасли стали ограничения производственных мощностей на ряде аффинажных заводов. За последние два года в нескольких странах Европы и Америки на фоне роста цен наблюдалось увеличение предложения серебряного лома, особенно высокопробного материала — такого как столовое серебро и старые монеты. Однако нехватка мощностей по переработке высококачественного сырья замедлила темпы, с которыми этот металл может быть очищен и возвращен на рынок в виде инвестиционных продуктов. С конца прошлого года эти узкие места стали ощущаться еще острее: резкие скачки цен дополнительно увеличили финансовую нагрузку на аффинажные предприятия, усугубив уже существующие ограничения.
